ПРИМЕЧАНИЯ

К оглавлению

К тексту

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Работы «Джиордано Бруно» и «Философия истории» вышли в 1923 году, в берлинском издательстве «Обелиск». «Католичество» и «Основы средневековой религиозности XII—XIII веков» остались не переизданными. В настоящее время дополненный текст «Основ средневековой религиозности XII—XIII веков» подготовлен нами к публикации.

2. Об этом там рассказала Лидия Александровна Дмитриева, дочь А- А. Мейера, бывшая слушательницей в Петроградском Богословском институте.

3. Письмо от 29. 09. 1923. Частное собрание. Лион.

4. Письмо от 13. 12. 1923. Частное собрание. Лондон.

5. Письмо от 09. 01. 1924. Частное собрание. Лион.

6. Письмо от 29. 05. 1924. Частное собрание. Лион.

7. Письмо от 24. 08. 1924. Частное собрание. Лион.

8. Письмо; конец лета — начало осени 1924. Частное собрание. Германия.

9. Они намеревались, в частности, переиздать книги «Культура средних веков» и «Католичество».

10. Письмо от 29. 04. 1925. Частное собрание. Лион.

11. Письмо от 15. 05. 1925. Частное собрание. Лион.

12. Письмо от 06. 06. 1925. Частное собрание. Лион.

13. Письмо П. П. Сувчинскому от 29. 07. 1925. Частное собрание. Париж.

14. См.: Н. Бахтин. Вера и знание. — Звено, январь 1926, № 155, с. 3—4.

15. Письмо П. П. Сувчинскому от 01. 02. 1926. Частное собрание. Париж.

16. Владимир Николаевич Ильин, которого Карсавин именовал своим «восторженным почитателем», в 20-е годы считал себя учеником Льва Платоновича. Карсавин, действительно, помогал ему писать книгу о Св. Серафиме Саровском, и правил многие статьи Ильина. Рецензию из журнала «Путь» мы приводим здесь почти полностью:

«Автор этого труда составил себе крупное ученое имя первоклассными трудами по истории католического средневековья. Однако, в последнее время раскрылась и другая сторона в творчестве этого своеобразного мыслителя. Л. П. Карсавин, всегда, впрочем, бывший метафизическим философом, выступил с рядом специальных трудов. («Джиордано Бруно», «Философия истории», «Восток, Запад и русская идея», «О свободе», «О добре и зле», «Уроки отреченной веры», «О началах» и др.). Можно как угодно относиться к этим произведениям, принимать или отвергать их, подвергать критике их порою парадоксальные «эпатирующие» утверждения, но одного отрицать нельзя никак: лежащей на них печати мощного метафизического таланта, богатейшего содержания и яркой своеобразной индивидуальности.

Содержание первого тома «Начал» вмещено в четыре главы с чрезвычайно ярким и характерным обозначением их содержания. [ .] Задача, которую ставит себе Л П. Карсавин в настоящем труде может быть формулирована как раскрытие бытия Божественного и тварного (человеческого) через бытие Богочеловеческое Этим одним мощным поворотом разрывается хитросплетение старой латино-протестантской схоластики идущей «снизу вверх» и пытающейся «доказать» (I) бытие Бога «вообще», а потом и все христианские догматы содержимые церковью — с характерным и безнадежным разделением Бога и человека, веры и дел, веры и знания — в результате Избегает Л. П Карсавин и противоположного пути попыток непосредственного мистического созерцания Бога, ибо это дело аскетической практики, осуществляемой под руководством опытных старцев, без чего на этом пути неминуемо грозит обман и самообман, приводящий к грязной яме хлыстовства, где задыхаются и гибнут все духовные способности

Автор «Начал» избирает средний, «царский» путь и исходит из данности двуединого Богочеловеческого бытия, сосредоточенного в личности Богочеловека Этот Богочеловеческий центр есть вместе с тем и средоточие Истины — теоретической и практической («Правды»). Всеединая Истина может быть с абсолютной непререкаемостью обоснована и в эмпирии только при одном условии. — «Она должна с предельною для эмпирии полнотой, на самой грани эмпирии. На Кресте, выразиться и как Истина, как Жизнь Поэтому в Боге "была Жизнь" и Жизнь была Свет человеков [ ], Свет, т. е. Истина» (стр. 86).. «И не говорил ли Иисус "Я — Истина и Жизнь"? Не говорил ли Он " ..дела, которые дал Мне Отец совершить, сами дела эти. Мною творимые, свидетельствуют обо мне ."? Язычеству не чужда идея Логоса-Жизни, и оно может повторить и принять первые стихи евангелия от Иоанна. Но Иоанн высказывает еще и безумное для язычников "kai ho logos sarx egeneto" ("и Слово стало плотяю")». «Это значит, что Логос стал индивидуальным человеком, одним из нас, братом нашим, что человек Иисус — Солнце Правды и совершеннейшее обоснование на земле всеединой Истины» (стр 87) Сообщая понятию всеединства гораздо более богатое содержание, чем разумел под этим термином его изобретатель В Соловьев, автор «Начал» извлекает из него драгоценную мысль о двуединстве веры и дела и о содержании знания в вере Этим зачеркивается бесплодная полемика одинаково заблуждающихся католиков и лютеран — именно по этому вопросу До такой простой и единственно православной мысли не могли додуматься наши составители катехизисов и учебников, не потому, чтобы они были «скорбны головою», а единственно вследствие того, что они в силу исторической трагедии

==373

русской культуры сняли свою русскою голову и заменили ее провинциальной переделкой западного схоластического аппарата, который всем был бы хорош, если бы не полное игнорирование им христианской онтологии всеединства.

«Идеал христианина не "вера", не "вера и дела", а "вера в делах", "веролюбовию спасительствуемая", двуединство веры и дел» (стр. 72). Дальше автор «Начал» делает естественный и простой переход к связи дел и знания и через это веры и знания «Но и знание тоже один из видов деятельности Познавательный элемент столь же неустраним из истинной веры, как и момент собственно деятельный. Вера всегда есть и знание и постижение, почему вполне естественно говорить о догматике и истинах веры» (стр. 72). Содержась в вере и из веры исходя знание не может быть противопоставлено вере, хотя «вера шире знания и несомненнее его» (стр 77). «Знание, самое большое, может стать лишь "достоверным", т е. по несомненности своей стать достойным веры. И вера — основа знания, наличная в каждом акте его, наличная и в признании чего-либо истинным, каковое признание часто и ошибочно с верою отожествляют. Вера же является источником вероятия, доверия, уверенности, [...]» (стр. 77). «Я называю веру истинною — наивысшее для эмпирии истинствование или причастие Истине. Конечно, эта вера неполна, даруя Истину лишь "зерцалом к гаданию". Но она — высшее и наиболее полное из возможных для несовершенного человека причастие Истине "упраздняемое", т. е восполняемое до совершенства, которое есть в полноте Богочеловечества. Истинная вера содержит в себе знание со всеми его исканиями и сомнениями; и ее знанию противопоставлять нельзя» (стр. 78).

Мы поставили на первое место учение о вере, делах и знании, ибо оно — безупречно истинная и великолепно изложенная гносеологическая основа «Начал». В этом смысле названное учение, равно как и содержащая его вся 2-я глава «Начал» представляет драгоценный вклад не только в метафизику познания, но и в христианское любомудрие вообще. Учение о любви (стр. 78-я, 111-я, 165-я), которое Л. П. Карсавин развивает в гл. IV в тесной связи с учением о Троичности, несмотря на тонкость наблюдений и богатство мысли, испорчено элементом душевности, которую автор не в силах выделить из бытия сверхчувственного и, что еще хуже, гипостазирует эту душевность в сверхчувственное бытие. Здесь Л. П. Карсавину не удалось преодолеть соблазнительный и неглубокий психологизм, царящий в Noctes Petropolitanae и [он] целиком переносит литературную романтику Noctes в «Начала». Этот досадный недостаток замечательной книги мешает ей из личной метафизики превратиться в объективное развитие начал

христианского любомудрия. Неприятное впечатление производит латинская транскрипция греческих текстов. При всем том блестящая диалектическая техника, огромная ученость и превосходное виртуозное изложение делают книгу Л П Карсавина даже в ее недостатках глубоко поучительной, будящей мысль, остро по-новому ставящей те проблемы, пути в разрешении которых были, казалось, безнадежно загромождены рутиной»

17 Письмо от 03 12 1926. Частное собрание. Лондон.

18 Письмо П П. Сувчинскому от 10. 03. 1926. Частное собрание Париж

19 Эта брошюра (58 с ) вышла в 1928 году, в Мемеле, в книжной серии факультета гуманитарных наук Каунасского университета (том V, часть \}

20 Об этом рассказала нам средняя дочь Льва Платоновича — Марианна Львовна Карсавина-Сувчинская

==375

U ^ 2.&OQO

©YMCA-PRESS ISBN 2. 85065-224. 5

©SCRIPTORIUM

©МЪРА

© A. Klementiev

Шрифты обложки работы А. Ракузина

Dep6t legal I" trimestre 1994

^^^